Свежие комментарии

Нам предлагают стать полуколонией: как выглядит «образцовая» Россия в глазах Евросоюза

Нам предлагают стать полуколонией: как выглядит «образцовая» Россия в глазах Евросоюза

Показательное появление на процессе по делу оппозиционера Алексея Навального европейских и американских дипломатов. Явное недовольство главы дипломатии ЕС Жозепа Борреля итогами визита в Москву

Эти события показывают, что Евросоюз хочет кардинально изменить нашу страну. Вероятно, в его мечтах образцовая Россия должна представлять собой послушную полуколонию, которой ЕС будет диктовать не только внешнюю политику, но и внутреннюю жизнь.

В начале февраля в Москве побывал верховный представитель ЕС по внешней политике и политике безопасности Жозеп Боррель. Итоги его визита в самой Европе иначе как провальными не называют. Он не добился освобождения Навального и услышал от Сергея Лаврова, что Евросоюз стал «ненадёжным партнёром». Владимир Путин и вовсе не принял европейского дипломата. В прежние времена представить себе такое было немыслимо. В итоге от свойственной дипломатам сдержанности не осталось и следа.

«Моя встреча с министром Лавровым и послания российских властей во время этого визита подтвердили, что Европа и Россия отдаляются друг от друга. Похоже, что Россия постепенно отдаляется от Европы и рассматривает демократические ценности как экзистенциальную угрозу», – заявил Боррель.

Он посетовал на нежелание России слушать европейские доводы и дал понять, что в ближайшее время в отношении нашей страны могут ввести новые санкции – теперь уже в связи с «делом Навального».

Дело Навального вызвало небывалый интерес западных дипломатов. Перечислим лишь страны, которые прислали своих представителей на заседания судов по этому делу 2 и 5 февраля. Это США, Канада, Великобритания, Германия, Франция, Нидерланды, Швеция, Дания, Норвегия, Финляндия, Швейцария, Австрия, Чехия, Польша, Латвия, Литва, Болгария, Япония… Очевидно, что они таким образом пытались надавить и на суд, и на российское руководство. И, в общем, не скрывали этого.

Навальный стал для Евросоюза символом надежды на то, что Россия станет более понятной европейцам и более сговорчивой. В какой-то степени, в нём видят второго Бориса Ельцина. Впрочем, дело не в конкретных именах.

Если в Европе сочтут, что ей более выгодно поддерживать кого-то другого – о Навальном быстро забудут. Главное – запустить процесс превращения России в государство, играющее по современным европейским правилам. И неважно, кто именно приобщит нашу страну к ценностям, о которых говорил Боррель.

В этой связи интересно, какую именно Россию хотели бы видеть в Евросоюзе… Подлинный, задокументированный ответ на этот вопрос до сих пор никто не дал. За последние 30 лет никакую модель долгосрочного сотрудничества ЕС нашей стране так и не предложил. И оттого закрадываются сомнения, что европейцы вообще хотят сотрудничать с Россией. Вероятно, в действительности их устраивает модель отношений «суверен – вассал», причём вассал этот должен быть полностью понятным и подконтрольным.

Особенность Евросоюза в том, что он, в отличие от предыдущих десятилетий и даже веков, старается изменить не только внешнюю, но и внутреннюю политику своих партнёров. Во всяком случае, речь идёт о тех государствах, которые с ЕС непосредственно граничат. Просто договариваться о покупке или продаже каких-то товаров, проведении выставок или научных обменах на выгодных Евросоюзу условиях большинству европейских политиков уже неинтересно. Партнёра надо менять кардинально…

«Идеальная» Россия в глазах ЕС не должна быть для него угрозой. Наиболее радикальные русофобы мечтали бы о её расчленении, но это необязательно, да и чревато многочисленными конфликтами у европейских же границ. Потому надо её встроить в свою систему, сделать её частью экономической системы Евросоюза (без перспектив вхождения в него), установить понятные принципы формирования государственной власти, сделать её политику максимально подконтрольной.

В экономической области речь могла бы идти о закрытии российских предприятий, которые могли бы всерьёз конкурировать с немецкими, французскими или шведскими. Или, в лучшем случае, встроить их в общеевропейскую технологическую цепочку. Россия должна превратиться в устойчивый рынок сбыта как для высокотехнологичной продукции или лекарств, так и для продовольствия. Вне контроля ЕС можно оставить только мелкие предприятия по производству, скажем, гвоздей или цемента.

Такая Россия могла бы превратиться в сырьевой придаток для европейской экономики. Она бы поставляла в Европу нефть и газ в тех объёмах и по тем ценам, которые предпишет Евросоюз. Любые вывозные пошлины на лес-кругляк или цветные металлы следует отменить. Военно-промышленный комплекс лучше переориентировать на производство тех же гвоздей или особо прочного шифера для дачных домов…

В лучшем случае, оставить только ту его часть, которую можно переделать под стандарты НАТО.

Но преобразовать надо не только материальную, но и духовную жизнь. В такой «правильной проевропейской» России роль Русской православной церкви (возможно, и других традиционных конфессий тоже) следует свести к минимуму. Верующие попали бы всвоего рода гетто. Все ведущие СМИ доносили бы исключительно леволиберальную точку зрения, рассказывая, как выгодно быть в подчинённой ассоциации с Евросоюзом. За инакомыслие полагалась бы травля, закрытие и отключение.

В такой России должны уважать права сексуальных меньшинств. Регистрировать однополые союзы на российской территории необязательно, но браки такого рода, заключённые за границей, обяжут признавать. И у таких пар будут те же права, что и у обычных семей. Противникам такого рода союзов будут отключать микрофон и блокировать их в соцсетях. Органы опеки должны получить в России примерно те же права, что и в Швеции.

Ревизии подвергнут всю законодательную базу. Те законы, которые сочтут противоречащими нормам ЕС, обяжут изменить. Глава государства, парламент и губернаторы будут переизбираться раз в четыре года, однако кандидатам предстоит пройти процедуру проверки. Тех из них, кого сочтут угрозой, снимут с выборов. То же самое коснётся и политических партий. Сменяемость власти обеспечат, но все кандидаты будут проверенными и различия между ними не будут затрагивать «европейских» основ.

Новая Россия должна стать куда более открытой мигрантам. Её обяжут принимать тех беженцев, кого европейские страны уже будут содержать не в состоянии. Высшее (и даже среднее) образование будет функционировать по согласованным с ЕС программам. Бюджетных мест оставят по минимуму. Воспитание в духе «общечеловеческих ценностей» и вовсе начнётся с детского сада.

Оставшиеся вузы будут готовить кадры преимущественно для работы в филиалах европейских компаний. Гуманитарии же пойдут в новый госаппарат, который будет следить за строгим следованием европейским образцам. Лучших выпускников заберут на работу в Евросоюз, а остальным гражданам РФ даже визовый режим не отменят. Всё-таки Россия всё равно останется слишком большой, чтобы ей можно было доверять. Увидеть Париж или Амстердам – это право ещё заслужить надо.

Отдельно следует сказать об оценке истории. Новой России будут насаждать чувство вины буквально перед всеми. Она должна будет на государственном уровне отречься от 90% наследия СССР и как минимум половины – Российской империи.

В лучшем случае в роли некоего образца будут выступать Новгородская и Псковская феодальные республики. В худшем – образцом (да и то с натяжкой) останется только ельцинская Россия да эпоха временного правительства 1917 года.

Отличия от ельцинских времён в такой «проевропейской» России всё-таки будут. Так, разгул криминала постараются пресечь – даже, возможно, для борьбы с ним направят Европол. Здравоохранение на минимально приемлемом уровне, скорее всего, сохранят – чтобы болезни не проникали в сам Евросоюз. Олигархов постараются «прижать» – самые лакомые куски должны достаться европейским компаниям. Многомесячных задержек по зарплате попытаются не допустить – чтобы не вызывать гнев и неприятные воспоминания.

Естественно, что и в плане внешней политики с такой Россией будет куда удобнее иметь дело. Европейцы должны будут получить особые права в Калининградской области. Россию заставят отказаться от поддержки республик Донбасса, Приднестровья, Абхазии и Южной Осетии. Крым или вынудят вернуть Украине или же превратят его в независимое государство под контролем ЕС. О поддержке прав русскоязычного населения в Прибалтике и речи быть не может.

Если говорить о «дальнем» зарубежье, России надо будет отдать Японии южные Курилы, отказаться от поддержки Сербии по вопросу Косово, от сотрудничества с Республикой Сербской в Боснии и Герцеговине. Под предлогом сокращения расходов ей предпишут закрыть базу в Сирии. Все соглашения с Китаем, Индией, Бразилией, Мексикой или ЮАР должны будут предварительно пройти процедуру «одобрения» в Евросоюзе. В идеале Россия станет просто следовать в фарватере общей политики ЕС.

В таком случае задача Навального (или другого «фаворита» Запада) – изменить Россию изнутри, приблизить её к воплощению подобного «идеала».

Но поскольку такое «движение в правильном направлении» не отмечается, европейцы и позволяют себе настолько откровенные выходки, как присутствие на суде Навального или выступление Борреля. Однако когда с тобой не ведут диалог, а только грубо предъявляют ультиматумы – рассчитывать на понимание и вежливость не приходится.

Конечно, не все в Европе мечтают о таком сценарии. Голоса разума порой слышатся из самых разных европейских столиц, доносятся они и из Еврокомиссии. Но пока что они тонут в истерическом хоре тех, кто любой ценой мечтает о том, чтобы Россия переняла у Европы всё худшее и собственными руками превратила себя в «сырьевую сверхдержаву», подконтрольную евробюрократии с её «ценностным мессианством».Которое и в самой Европе многих уже раздражает.+

Вадим Трухачёв

Ссылка на первоисточник

Картина дня

наверх